Наш университет

"Для приращения рудных тел..."

     Выдающийся советский поэт Александр Твардовский назвал Урал «опорным краем державы». Таким Урал сложился сразу с начала XVIII века и, спустя более чем столетие, практически оставался и остается поныне важнейшим горнопромышленным районом страны. Столь быстрое его развитие было обусловлено двумя причинами. Конец XVII-начало XVIII века являются поворотными в истории России. Это время крупных политических, экономических и иных преобразований, осуществлявшихся Петром Великим. Время, когда Россия сбрасывала с себя «сонную боярскую одурь», активно выходила на международную арену, становилась крупной военно-политической державой. Уникальность Урала с его бескрайними лесными массивами, разветвленной речной сетью, а самое главное-огромными минерально-сырьевыми богатствами-явилась своеобразным экономическим обеспечением петровских реформ.
     Всемирная молва о сказочных богатствах горного края насчитывает не одно тысячелетие. Достаточно сказать, что о Рифейских горах упоминает в своей «Истории» Геродот. Многих волновал и манил к себе Каменный пояс, щедро одаривая предприимчивого и удачливого рудознатца. Торили дорогу в Полночную Югру караваны восточных купцов, мечтали попасть в далекую Биармию викинги, по рекам и таежным тропам добирались сюда разудалые ватаги новгородских ушкуйников. За долгую историю промышленного освоения Урала в недрах его гор было открыто более 12 тысяч месторождений различных полезных ископаемых. Трудно указать на Земле другую геологическую провинцию, равную по продуктивности Уральским горам. Здесь было найдено первое в нашей стране золото-сначала коренное (1745 г.), а затем россыпное (1814 г.), первые алмазы (1829 г.), асбест (1885 г.) и многое другое.
Уже к концу XVIII века уральская горнозаводская промышленность объединила более 140 металлургических заводов, на которых производилось около 170 тыс. тонн чугуна и железа. На протяжении всего XVIII века Россия выплавляла больше всех меди, около 27 процентов ее мирового производства давали уральские частные и казенные заводы.
     Чтобы приводить в движение всю эту «махину» (искать полезные ископаемые, рационально их разрабатывать, проектировать и строить металлургические заводы, гидротехнические сооружения и разнообразные машины), нужны были не просто сметливые люди. В них недостатка никогда не было. «Россия,-писал Павел Аносов,-богатая железными рудами различного свойства, не бедна и искуссными руками». Нужны были грамотные, квалифицированные специалисты. «Таких подготовленных кадров в России не было»,- отмечал видный историк профессионального образования Н. В. Нечаев.
Частичнo их стали готовить на месте. Инициатива создания школ на Урале принадлежала выдающемуся государственному деятелю, ученому и инженеру, «птенцу гнезда Петрова»- Василию Никитичу Татищеву.
     Первый период деятельности В. Н. Татищева на Урале оказался коротким-с 1720 по 1723 год. За это время удалось открыть школы в Кунгуре, на Алапаевском и Уктусском заводах. Правда, просуществовали они недолго. В 1724 году в Екатеринбурге была учреждена первая в России горная школа повышенного типа, в которой обучалось около 100 учеников. Позже, в 1852 году, она была реорганизована в Уральское горное училище (ныне это Горно-металлургический техникум имени И. И. Ползунова), выпускавшее помощников инженеров.
     В октябре 1734 года В. Н. Татищев вновь приступил к исполнению обязанностей главного администратора уральских горных заводов и существенно улучшил работу горнозаводских школ. Через год, только в Екатеринбурге, их стало пять: словесная, арифметическая, латинская, немецкая и знаменованная (школа черчения и рисования) с 200 учениками. К концу 1739 года на Урале открыли 21 школу, которые посещало более 650 учеников.Потомки по достоинству оценили результаты просветительской деятельности В. Н. Татищева. Русский экономист, академик В. П. Безобразов писал, что «без всяких даже великих его услуг Россия могла бы прославить его имя в нашей гражданской истории».
     Но горнозаводские школы были только первой ступенью лестницы, ведущей к вершинам знаний. Более основательное образование на Урале получить было невозможно. Для этого необходимо было ехать в Петербург в Академию наук или за границу. Так, в начале января 1735 года, в столицу «по е. и. в. указу и по определению нашему (т. е. Татищева В. Н.) для обучения.языков немецкого, латинского, тако ж математики, физики, механики, архитектуры, знаменования и прочего, что к пользе заводской знать нужно» в Академию наук было впервые послано четверо лучших уральских учеников.
     История сохранила их имена: Александр Степанов, Федор Сикорский, Григорий Клеопин и Богдан Арефьев. В начале 1739 года они были отозваны на Урал. Трое стали переводчиками у саксонских горных специалистов. Клеопин, как самый способный, получил должность шихтмейстера в Красноярске, в 1750 году он уже был берггешвореном-горным инженером в канцелярии Главного правления уральских и казанских заводов. Ф. Сикорский и А. Степанов работали шихтмейстерами в Екатеринбурге.

     Что же касается горных инженеров, то их «рудосыскному делу» обучали за границей, главным образом в Швеции. Инициатором и здесь был В. Н. Татищев. Ревностно заботясь о благе державы, он делал все, чтобы будущие русские инженеры «основательным учением достойную мзду государству воздать могли».
Но обучение за границей обходилось дорого и не удовлетворяло потребности промышленности ни в количественном, ни в качественном отношениях -иностранные специалисты неохотно передавали знания русской молодежи. Эти причины, а также большие масштабы развития горнозаводской промышленности ставили вопрос о создании в России своего высшего учебного заведения горного профиля. Во времена правления Екатерины II вынашивалась идея об открытии на Урале-в Екатеринбурге, «как главном городе главной горной области» страны, горного вуза. Но идея так и осталась идеей. Горное училище, приравненное к академии, было открыто в 1773 г. не в Екатеринбурге, а в Санкт-Петербурге, в 1804 г. его преобразовали в Горный кадетский корпус; в 1833-в Институт корпуса горных инженеров, а с 1866 г. и по настоящее время- это Горный институт.
     Долгие годы он был единственным горнотехническим вузом,.готовившим инженеров для уральских заводов и промыслов. Но влияние его из-за удаленности и «дикости» края на развитие горнозаводской промышленности было слабым. Этот недостаток выявился почти сразу же. Историк М. М. Щербатов, посетивший училище в 1778 году, отметил: "… И потому неуповательно, чтоб сие училище могло толикую пользу произвести, какую бы можно было от него ожидать, если бы оно было учреждено в Екатеринбурге, где бы теория немедленно с практикой соединилась". Ровно через сто лет, вторя князю Щербатову, профессор Горного института И. А. Тиме также с сожалением писал в статье «О причинах технической отсталости, уральских заводов» («Горный журнал»), что Петербургский горный институт совершенно удален от горных центров, в особенности от главного из них-Уральского, чем и объясняется слабое его воздействие на промышленность. История института была бы более блестящей, если бы он был основан в Екатеринбурге-городе, который Петр I указал своим гением как центр горной промышленности империи. И в качестве достойного примера И. А. Тиме приводит Фрайбергскую горную академию, всемирная блистательная слава которой обязана тому, что она была открыта в 1765 году в центре горнорудного края.
     Со временем горнопромышленные центры стали складываться и в других районах страны. Соответственно изменились и задачи Горного института. Преподавание в нем начало носить все более общий, теоретический характер, не связанный с проблемами Урала или какого-то другого района. «Между тем,-как отмечалось в докладе комиссии Уральского общества любителей естествознания в 1909 году,-в силу особого характера прикладных наук, преподавание которых может быть целесоответственно только тогда,»когда оно не ограничивается лишь сообщением одних научных отвлеченных знаний, и приемы их приложения к делу". Это привело к тому, что -на местах начали возникать свои высшие учебные заведения: на западе был создан Варшавский политехникум, на юге появилось два горнозаводских училища — в Екатеринославе и Новочеркасске, в Томске для Сибири был открыт Технологический институт с горным факультетом. Таким образом, потребность в высшем техническом учебном заведении на Урале стала еще более очевидной, а к концу XIX века просто необходимой.
     После отмены крепостного права, из-за резкого сокращения даровой рабочей силы, горнозаводская промышленность начала приходить в упадок. Урал терял значение главного металлургического района страны, уступая его Югу России, который развивался более быстрыми темпами. Выход из положения виделся в повышении технического уровня заводов, рудников, шахт. Но для этого нужны были квалифицированные специалисты, подготовку которых предполагалось начать на Урале, перенеся сюда Петербургский Горный институт. Но из этой затеи ничего не получилось. Никто из преподавателей института не захотел покидать столицу. И вопрос был снят с повестки дня.
     В 1899 году для оценки экономического состояния уральской промышленности и определения путей ее оздоровления и развития министерством финансов была организована специальная экспедиция под руководством Д. И. Менделеева. Результаты экспертизы были изложены в отчете «Уральская железная промышленность в 1899 году». В качестве главных причин кризисного положения уральской промышленности Дмитрий Иванович отмечал убогость технического состояния многих предприятий, не заинтересованность владельцев в их развитии, сохранение остатков крепостнических отношений между хозяевами заводов и рабочими. Крупнейший знаток уральской металлургии В. Е. Грум-Гржимайло так характеризовал владельцев предприятий: «Вот зло старого Урала, вот причина отсталости его заводов: глупый, ничтожный человек, съедающий результаты работы тысяч людей...».
     Дав глубокий анализ состоянию уральской горнозаводской промышленности, Д. И. Менделеев предложил и обоснованную программу мероприятий по ее оздоровлению. Как важный пункт в программе фигурировало требование о развитии на Урале высшего технического образования. «Уральским жителям так привычна металлургическая деятельность,-писал он,-что можно надеяться на скорые практические результаты (будущего вуза-В. Ф.), если первые профессора будут настоящими учеными-металлургами».